Жить и работать по совести

В наши края Валентина Петровна Пышьева (на снимке 3-я слева), жительница Ключевого, приехала из Амурской области ещё в 1964 году. Тогда ей было чуть больше пятнадцати лет. Поначалу она работала в хабаровском общепите и проживала в городе.

В её воспоминаниях период детства можно поставить «отдельной строкой», потому что с него и началась трудовая жизнь с домашними заботами, свойственная взрослой женщине. Сильно заболела мама и их, троих ребятишек, отправили к бабушке. А вернулись домой, когда она умерла. Валентине, как самой старшей, приходилось присматривать за младшими, одному из которых было четыре года, другому, последышу, всего лишь год с небольшим. А самой няньке исполнилось шесть лет. Отец днями работал, домом и детьми ему заниматься некогда было. Суровые условия заставляли ребёнка рано взрослеть, забывая про детские игры. И все хлопоты брать на себя, в том числе и приготовление пищи. «А что было делать? – поясняет она, – захочешь есть – сваришь. Кто подаст? Чаще всего питались макаронами, с которыми мудрить особенно не требовалось. Налил в кастрюлю воды и забросил туда сухой продукт». Хотя односельчане были сердобольные и дружные. Забежит иная, молочка нальёт. С огородом помогали управиться весной, когда садили картошку. Но каждый день-то не набегаешься, своих забот хватало, у многих ведь были многодетные семьи. В школу пошла, ещё трудности появились. Топать за знаниями приходилось пешком девять километров. Возвращались поздно, все домашние задания часто не успевали приготовить, потому в школе оставляли после уроков. За это время зимний день успевал догореть, и боязно было идти домой – в лесах водились волки. Только подойдут к мостику, – а на противоположной стороне глаза волчьи светятся, будто многочисленные фонарики. Зажигали факел и двигались дальше – звери убегали, пугаясь огня. Весной дорога оставляла желать лучшего, вода затопляла в половодье всю округу, и приходилось делать большой крюк, выбираясь на трассу. Только напрямую в сухой сезон путь был намного короче…

Житейские трудности закаляли, потому всё привыкала она делать терпеливо и старательно. Порядок любила с детства. И хотя после переезда к городским условиям не сразу привыкла, но работала с тем же подходом и без всяких замечаний. Только слишком дорогим для неё оказалось съёмное жильё. Вот так новым местом и второй малой родиной стало Ключевое. Там она получила от совхоза жильё, в окнах которого вскоре засветился семейный огонёк. Работать пошла на ферму дояркой. С физическим трудом на «молочном производстве» нелегко было справляться… Вставать приходилось затемно, в четыре часа, чтобы поспеть к дойке, молоко носить на руках, перебираясь через овраг на приёмный пункт. Мешки с кормами таскали на горбу, напрягаясь, как натянутая струна, от тяжёлой ноши. Доводилось трудиться на откорме бычков, подменять заболевших. Потом Валентина Петровна ушла в овощеводы. А там разве легко было? Печку топили, землю грели, горшки лепили из неё под зеленцы. Сколько тысяч их получалось, никто не считал. И всё это шло безостановочным конвейером. И теплиц на хозяйстве хватало. Наступало время, рассаду высаживали на поля. Потом ухаживали за ней. Сельский житель может представить себе, как давалась прополка нескончаемых длиннющих овощных гряд при летней жаре с назойливым гнусом. Как-то приехали шефы из Николаевки на помощь овощеводам в страду и одна из женщин, увидев чистую, без единой травинки землю под огуречными кустами, спросила с удивлением: «А зачем так полоть? Это же не дома!» «А как же иначе? Я по-другому не могу», – в свою очередь удивилась она…

И всё же ей нравилось работать в бригаде, в которой жили дружно и весело. И шутить, и смеяться могли. И, конечно, трудились исправно. Но неожиданно для себя она ушла оттуда, хотя и не по своей воле. Среди депутатов сельского Совета выбирали секретаря, и её кандидатура была принята единогласно. Работа кардинальным образом отличалась от всех предыдущих. А объём… Ещё неизвестно, где он был больше. В её обязанности входило, помимо множества других дел, вести ЗАГС, военно-учётный стол (сегодня эти две должности исполняются разными людьми). Все доклады собраний и заседаний с решениями требовалось отпечатать, подшить, вовремя отчитаться. Ежемесячно проводились административные комиссии по правонарушениям, где требовалось присутствовать… А в ЗАГСе у посетителей свои пожелания имелись. Кому-то достаточно было при заключении брака расписаться просто, без затей, другим хотелось, чтобы свадебная церемония прошла в торжественной обстановке. А её ещё надо продумать, прежде чем провести… Собирать депутатов на заседания тоже входило в её обязанности. Мобильной связи для оповещения не было. Вот и побегай по разным местам, чтобы охватить двадцать пять человек, повстречайся с руководством, «отпрашивая» их с работы. Всякое случалось. Кто-то откровенно не хочет пойти, кто-то болеет… С людьми, известное дело, работать непросто. А проверяющие спрашивают строго и в случае замечаний приходится объяснять «что, да как и почему».

Очень сложный период пережили, когда ввели в обращение талоны, которые выдавались строго по списку. Сколько приходилось выслушивать обвинений в свой адрес, некоторые могли даже затеять скандал, проявляя раздражительность…

Ей хорошо известны были бескрайние поля и покосы. Туда труженикам сельского хозяйства доставлялась литература. Приезжали из Советской Гавани шефы и с их появлением возникали неизбежные проблемы, связанные с бытом, например, обеспечение жильём на период командировки…

Валентина Петровна вздохнула и добавила: «Куда ни посылали, везде с ответственностью надо было к делу подходить, проявляя выдержку». И снова повторяет: «А как же иначе?» А ведь помимо должностных обязанностей на ней дом, ребёнок, хозяйство. Муж – главный инженер, вечно занятый на работе. Она смеётся, припоминая старую поговорку: «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик…»

Дали ей звание ветерана, а кто-то вдруг спросил: «А за что?» Как ответить на такой вопрос, рассказать о всей трудовой биографии? Слишком долго получится. И писать не меньше, если упоминать все подробности.

Но вот она ушла на пенсию и с 2006 года работает сторожем в сельском Доме культуры. Очень серьёзно подходит к своим обязанностям, заступая в «ночной дозор». Но не только это связывает её с коллективом культработников. Много лет выступала в группе «Глория». До тех пор, пока ногу не сломала, получив сложный перелом.

Художественный руководитель Дома культуры Наталья Михайлусенко, хорошо знающая её, припомнила и этот случай, и свои сожаления по поводу того, что самодеятельность Валентине Пышьевой пришлось оставить именно по той причине. А ведь была в числе её активных участников. Зато теперь она самый чуткий зритель, который подбодрит и поддержит, выражая искреннюю признательность. Все мероприятия посещает. А какие вкусные да румяные блины печёт на Масленицу прямо в Доме культуры, чтобы с пылу, с жару вынести их людям. Стоит её о чём-то попросить, она тут же с готовностью откликнется, несмотря на недомогание. Будто стряхнёт с себя свою боль, добросовестно выполняя порученное дело. Тут опять хочется вспомнить её слова: «А как же иначе?» «По ней видно, что школу жизни она начала проходить с раннего детства», – замечает Наталья Михайлусенко. Но, несмотря на то, что наука эта жёсткая и часто отражается на характере человека, женщина осталась доброжелательной, позитивной, компанейской. Шуток у неё в запасе хватает, чтобы настроение поднять людям, которые смеются весело, на мгновения забывая о своих печалях.

И дома у неё порядок, вовремя огород посажен, ухожен, цветы благоухают. Всегда всё растёт, и банок в сезон накручено много. Нередко наведывается сын, есть два внука, две внучки и один правнук. Все живут в городе. Сама же Валентина Петровна к городской жизни не стремится: «Покопаюсь на грядках, подышу свежим воздухом – и настроение уже совсем другое…», – говорит она.

Недавно Валентина Петровна отметила свой день рождения. Пожелаем ей, пусть и задним числом, чтобы собственный позитив никогда в её душе не увядал, а распускался пышно, как выращенные своими руками цветы, бодрил и радовал всех тех, кто рядом…